Среда, 22.11.2017, 20:08
ПроРок и прогРок
Главная
| RSS
Главная » Статьи » Classik prog-rock » Pink Floyd

История Pink Floyd в биографиях её участников: Сид Барретт (продолжение 1)

 Вернуться к началу.

Легкие помутнения рассудка Барретта еще нельзя было назвать симптомами необратимых перемен или чем-то, выходящим за рамки всеобщего безумия тех лет. И тем не менее, как подчеркивает Джун, с ним не произошло мгновенной перемены от «Сида, которого мы знали и любили до, - бац, и вот - псих. Так не бывает. Процесс идет постепенно. То он без особой причины выглядел «заторчавшим» - но тогда никто из нас не жил с ним, и мы не знали, что происходило у него дома. Потом пару недель все было в порядке, затем Сид на несколько дней съезжал с катушек - и обнаруживалось, что он принимал неимоверное количество «кислоты». Он знал дозу, знал, сколько он сам глотал. Но за чаем «друзья» могли булькнуть еще пару таблеток ему в чашку и ничего не сказать. Так на половине одного «путешествия» он уходил в другое. Наверное, они ширялись по нескольку раз в день, и так в течение двух или трех недель. Вот тогда его понятие реального стало размываться - и Сид с огромным трудом мог общаться с людьми, которые не жили с ним рядом.»

В 1966 году, вернувшись в Лондон после летних каникул, Барретт, Уотерс, Мейсон и Райт были готовы к деловым переговорам с Питером Дженнером и его давним другом, а впоследствии и партнером по бизнесу Эндрю Кингом.  Сначала, как вспоминает Дженнер, Роджер Уотерс заподозрил в них торговцев наркотиками. Тем не менее, четверо студентов ничего не теряли от общения с ним и его закадычным другом, так как они были любителями в полном смысле слова: у них не было ни менеджера, ни агента, тот минимум инструментов, которым они располагали, находился в ужасающем состоянии, автофургон разваливался на ходу. Роджер считал, что группе нужны менеджеры на полный рабочий день, Питер и Эндрю ухватились за это предложение двумя руками. Кто-то из них двоих потратился примерно на тысячу фунтов, купив им инструменты и усилители. Все это  почти сразу же украли и музыканты вынуждены были приобрести новый комплект в рассрочку. Дженнер научил Сида пользоваться шарикоподшипником при игре на гитаре, а также предложил убрать казавшееся ему лишним слово Sound из названия группы.

30 сентября 1966 г. THE PINK FLOYD SOUND выступили на одной площадке с THE SOFT MACHINE в Церкви Всех Святых, а вечером 15 октября 1966 года Джон Хопкинс (John ’Hoppy ’ Hopkins) и Барри Майлз (Barry Miles) с успехом провели презентацию начавшей тогда выходить , с периодичностью два раза в месяц,  первой британской андерграундной газеты «Интернэшнл Таймс,  для чего было организовано эпохальное представление с участием PINK FLOYD. Лучшим местом для проведения мероприятия они посчитали расположенный на севере Лондона и построенный около века назад как локомотивное депо запущенный комплекс The Roundhouse.

PINK FLOYD показали себя с лучшей стороны  и  их световое шоу, в кромешной тьме работавшее с симпатичного старинного вагончика, ждал триумф. В рецензии «Интернэшнл Таймс» говорилось: PINK FLOYD «делали диковинные вещи, наполняя аудиторию скрипящими звуками эффекта «фидбэк», поражая танцующими на их фигурах проецируемыми слайдами (капельки краски текли по слайдам, чтобы передать ощущение открытого космоса и доисторических миров), а прожектора мигали в такт с ритмом ударных.» В атмосфере полной непредсказуемости, царившей на концерте, выступление внезапно оборвалось, когда во время исполнения «Interstellar Overdrive» «вырубился» маломощный генератор.

Концерт в The Roundhouse стал эпохальным событием в истории коллектива и сумел привлечь внимание всех разрозненных групп и течений андерграунда. Пришло более двух с половиной тысяч человек, не считая тех, которые по собственной инициативе просочились через двери, а из известных групп, выступавших в тот день, можно отметить THE SOFT MACHINE.

PINK FLOYD играли сумасшедшие интерпретации известных песен и психоделических блюзов таких, как «Cops And Robbers», при исполнении которого Сид импровизировал как одержимый, - говорит Пип Картер. - При игре на гитаре он использовал на грифе металлический корпус зажигалки «Зиппо» и работающие шарикоподшипники, чтобы получить контролируемый эффект «фидбэк». Какие-то из приемов произошли из его манеры исполнения блюзов, другие он придумывал тут же.»

Световое шоу PINK FLOYD было принято на ура, и, несмотря на то что на половине «Interstellar Overdrive» отключился свет, группу заметили. Освещение события национальной прессой прибавило им зрителей на последующих концертах.

После концерта было заключено  шестистороннее соглашение об учреждении компании «Блэкхилл Энтерпрайзиз» (Blackhill Enterprises). Для менеджеров от поп-музыки это был беспрецедентный шаг - принять музыкантов в равную долю вместо отчисления им двадцати-двадцати пяти процентов от валового дохода. Однако верные своим психоделическим идеалам новые руководители PINK FLOYD твердо стояли на своем: «Служить альтернативой, всем работать сообща, и тогда все будет клево и демократично.» Секретаршей «Blackhill Enterprises» стала Джун Чайлд, позже вышедшая замуж за лидера T-REX Марка Болана, жившая в том же доме в театральном районе Вест-Энд, где Барретт и Уилсон. Там же, кстати, обитал и Майк Ратледж из THE SOFT MACHINE, соперников ФЛОЙД по андеграундной сцене. Также в штат флойдовской компании попал и некий мод-стиляга Джон Марш, помогавший в светошоу. В доме тусовалось много девчонок, с одной из которых, Линдси Корнер, стал сожительствовать Сид Барретт. Вся пёстрая компания жила одной коммуналкой, пробавляясь косяками, которые с невероятной ловкостью скручивала Джун. В обязанности энергичной и деятельной Джун входило еще много вещей - телефонные переговоры, вождение автофургона, сбор гонораров и многое другое.  ЛСД также тёк рекой. В этой квартире Йоко Оно сняла в свое время скандально нашумевший концептуальный фильм «Bottoms – Задницы», в котором многочисленные персонажи представлены были на экране другим своим лицом, которое, как выяснилось, было ничуть не менее индивидуальным.

Свободная школа вскоре пригласила PINK FLOYD на концерт в пользу Церкви Всех Святых на Пауис-плейс, район Ноттинг-хилл. Либерально настроенный настоятель церкви позволял использовать ее помещение для разного рода вещей - от собраний совета коммуны до выступлений трупп черного театра. Рик Райт назвал такие представления «чистой воды экспериментаторством и временем, когда мы открывали для себя, что именно мы хотим делать. Каждый вечер сопровождался невероятными слухами, потому что мы делали совершенно новые вещи и никто из нас не мог представить, как отреагирует публика.»

Питер Дженнер с помощью своей жены Мими и Эндрю Кинга создает примитивную «психоделическую» светоустановку, которая состояла из цветных светофильтров и фонарей для подсветки, которые были установлены на щитах и управлялись вручную от домашних переключателей. В то время,  как другие коллективы использовали светооборудование того места, где они выступали. Уин Уилсон припрятал списанное по месту его основной работы - театра в Вест-Энде - оборудование и переделал его с тем, чтобы использовать на концертах PINK FLOYD. После этого Гэннон соединил фонари для подсветки и маломощные 500- и 1000-ваттные прожекторы, которыми он управлял с небольшого клавишного инструмента, сконструированного Уин Уилсоном. Они также разработали плавающие слайды, ставшие фирменным знаком лондонского андерграунда. «Питер занялся тем, что стал наносить на слайды чернильные пятна доктора Мартина, - объясняет Сюзи. - Мы капали на них различные химикалии. Они перемешивались и получалось очень здорово. Пользовались паяльной лампой, чтобы их нагревать, и феном для волос, чтобы охлаждать. Я наблюдала, как двигаются пузыри, и мне казалось, что это было замечательно.» После того, как Джо Гэннон уехал на Западное побережье США, основная тяжесть по проектированию и воплощению в жизнь «каплевидного шоу» легла на плечи рукастого и изобретательного Питера Уин Уилсона.

Сид Барретт жил на верхнем этаже дома Питера и Сюзи с подружкой, стильной моделью по имени Линдси Корнер (Lindsay Korner). Отзывчивая и добродушная Линдси оставалась преданной Сиду во время его взлетов и падений в группе. Они наслаждались умиротворенным, богемным существованием, поздно вставая по утрам, часами засиживаясь в баре «Полло» на Олд-Комптон-стрит, где наслаждались сэндвичами и жареными блюдами, а дома допоздна играли в восточную настольную игру «Го». Затем увлечение Барретта «Го» уступило место очарованию китайской «Книгой бытия» («I Ching»), из которой он почерпнул вдохновение для песни «Chapter 24».

Теперь, когда PINK FLOYD стали набирать высоту, Сид забросил свои занятия живописью и сосредоточился на написании песен - «музыки в цветах», создавая их с такой самоотверженностью и проявляя такие способности, что он поражал даже близких людей. Его типично «андерграундные» источники вдохновения: восточные предсказания и детские сказки, бульварная НФ и саги Толкиена о Средиземье, английские народные баллады, чикагский блюз, авангардная электронная музыка, Донован (Donovan), THE BEATLES и THE ROLLING STONES - все попадало в бурлящий котел его подсознания только для того, чтобы выйти наружу, оформленным в голосе, звуке и стиле, который мог принадлежать только ему.

«На заре карьеры, - говорит Уин Уилсон, - гораздо больше времени уходило на написание композиций, чем на их исполнение. Он работал над материалом, думая скорее о его сценическом воплощении, чем о записи. Написав текст песни, он концентрировался на основной теме, затем без конца «обсасывал» ее, готовясь к тому моменту, когда надо будет импровизировать на сцене. То были счастливые дни - все было прекрасно. События разворачивались именно так, как хотелось Сиду. Он располагал неограниченным запасом времени, чтобы сочинять и играть. При этом выкуривалось огромное количество гашиша и «травки». Спокойная обстановка. Это позже она стала слишком давящей и искусственной.»

Именно в те дни Сид заложил основу группы. Находясь дома и сочиняя песню, он задумывался над тем, как должен играть барабанщик, какая партия будет у басиста. Он очень хорошо держал ритм и играл соло, точно зная, чего он хочет.  Деятельная до творческой активности натура Барретта вскоре проявила себя на сцене. Никто иной как Сид подтолкнул Пита Тауншенда к идее совмещения функций ритм- и соло-гитариста в одном лице, причем часто спонтанно. Его инновации простирались от игры на слайд-гитаре с помощью любимой зажигалки «Зиппо» и до использования специальных эффектов эхосистемы «Бинсон».

Во время кульминационных моментов концертов, когда исполнялись тридцати- тридцатипятиминутные свободные  импровизации  на тему «Interstellar Overdrive» - Барретт превращался в крутящегося в водовороте дервиша. Неограниченно используя «фидбэк», он размахивал руками, а светоустановки проецировали колеблющиеся тени на экран позади него. Майлз сообщает, что «Барретт развил музыкальные новшества, доходя до опасных пределов и танцуя на краю пропасти, удерживаемый подчас только докатывавшимися до них волнами поддержки со стороны публики, находившейся в нескольких дюймах от его ног.»

«Сид уводил в посторонний мир, - вспоминает Суми Дженнер. - Находясь на сцене он, казалось, гипнотизировал публику. Остальные еле-еле за ним поспевали.» Он и выглядел обалденно. Одним из первых Сид открыл психоделический магазинчик «Granny Takes A Trip» и превратил себя в витрину того, что Джун Болан называет «удивительное чувство стиля. Все что он надевал, выглядело потрясающим. Он носил рубашки из атласа со всевозможными украшениями и галстуки. Сид казался привлекательнее остальных в группе - похожий на греческого бога красавец.» По словам Суми, Сид постоянно изменял свою внешность. «По какой-то причине он и Линси сделали одинаковые прически и носили похожую одежду - их невозможно было отличить друг от друга.» Между тем, Питер Дженнер был не одинок в своем убеждении, что из четырех музыкантов Сид был «на голову выше и гораздо важнее» - действительно, ведь «это была ЕГО группа.» Едва ли Питер Дженнер был  одинок в убеждении, что из всех четырёх флойдовцев Сид был самым важным.

Напротив, Ник Мэйсон производил впечатление пофигиста, этакий ударник-повеса, хотя он собрал целый том газетных вырезок о ФЛОЙД. Тем не менее, все отмечали, что с Ником очень легко работать. А то, что у Рика Райта золотое сердце, было видно невооружённым взглядом. Райт был очень близок к Барретту в творческом отношении. На сцене Рик поддерживал ощущение чего-то астрального, миражируя как привидение и извлекая из своего органа призрачные звуки, которые мягко вплетались в общее звучание, задаваемое Сидом.

Но, бесспорно, самой сильной личностью в группе был Роджер Уотерс. Еще в школе Роджер, выросший без отца, держался независимо, вызывающе и готов был отстаивать своё мнение до конца. В школе Роджер играл в регби, а это контактный вид спорта. На полном бегу в тебя врезаются мужики с бычьей шеей, хватают за ноги, случается, что сломают нос или ухо помнут. Здесь куётся такая воля, что такой человек не сдаётся никогда, даже перед лицом неминуемого поражения.  Может быть  здесь и таятся корни будущих конфликтов внутри ФЛОЙД, но это в будущем.

Группа во многом обязана Уотерсу, который был загружен работой по горло - осуществлял организационную деятельность и выступал в качестве пресс-секретаря. Фирменным вкладом Роджера в саунд ФЛОЙД были  гениальные резкие переходы бас-гитары на октаву вниз и вверх. Также, Уотерс был немного выше и старше остальных, что создавало вокруг него особую атмосферу.

Вскоре Дженнер и Кинг привлекли коллектив к записи демонстрационных пленок в студии The Thompson Private Recording Studio, располагавшейся в Хемел, Хэмпстед. Они выбрали «I Get Stoned» - одну из первых полноценных работ Барретта как автора песен и «Let's Roll Another One» и она все-таки увидела свет на первом сингле Pink Floyd под названием A Candy And A Currant Bun.

Кинг придерживался мнения, что качество записи было вполне приличным - «примерно таким же, с каким люди сегодня записываются в домашних студиях». Однако попытки PINK FLOYD заинтересовать фирмы грамзаписи не увенчались успехом. Однако годы спустя, Кинг и владельцы студии сражались в зале суда за право обладания пленками.

18 ноября 1966 года группа представила свое шоу для более строгой чем обычно аудитории, дав концерт в колледже искусств «Хорнзи». Это выступление стало  вехой для PINK FLOYD - первое из большого количества выступлений под названием: «Philadelic Music For Simian Hominids».

К этому выступлению семнадцатилетний Джо Гэннон (Joe Gannon) помогал со светом и выполнил новые слайды. У него были честолюбивые замыслы о замене кинофильмом цветных слайдов, проецируемых на голую стену позади группы.  На следующий день прошло первое выступление ансамбля вне Лондона - в Кентерберийском техническом колледже (Canterbury Technical College), находящемся в шестидесяти милях от столицы. Обозреватель местной газеты, настроенный более дружелюбно, чем большинство его коллег, писал: «После поднятия занавеса одетая в нейтрально окрашенные рубашки для отражения световых лучей различного цвета группа предстала стоящей в полутьме на сцене. Позади них находилась пятнадцатифутовая фигура Будды. По обеим сторонам располагались светоустановки с фильтрами, заливающие сцену световыми потоками разнообразных цветов, в то время как проекторы проецировали слайды с продуктами современного искусства на экран позади музыкантов. Это странное сочетание зрительных образов и приложенного к ним звука дало странный результат. Зрители, при первых диссонирующих звуках ошарашенные таинственной обстановкой, постепенно расслабились и вскоре начали танцевать.»

После презентации «Интернэшнл Таймс» регулярные выступления PINK FLOYD в Церкви Всех Святых, которые «Блэкхилл» проводило под лозунгом Тимоти Лири «Включайся, настраивайся, западай» настолько вошли в моду, что маленький церковный зал не мог вместить всех желающих, и 3 декабря PINK FLOYD дали второй концерт-бенефис в «The Roundhouse», призывавший к мажоритарным выборам в Южной Родезии под девизом: «Психоделия против Яна Смита («Psychedelia Versus Ian Smith»). В те времена премьер-министр Родезии.

12 декабря 1966 года на концерте, совпавшем с бенефисом под названием «Да вы шутите ?» («You're Joking ?»), ансамбль выступил в еще большем и престижном Ройял Альберт-холле. Затем плотное расписание группы заставило их вернуться в The Roundhouse, чтобы как следует подготовиться к встрече нового 1967 года в составе «The Giant Freak-out All-Night Rave», где на одной площадке с ними выступили не только THE MOVE (расколотили три телевизора и автомобиль), но и THE WHO. Одним словом, PINK FLOYD набирали вес так быстро, как только могли поворачиваться их менеджеры.

22 декабря 1966 г. группа предстала в «The Marqee» - первый раз с тех пор, как «Спонтанный андерграунд» обозначил наступление новой эры. Ветер перемен захлестывал поп-сцену и PINK FLOYD, о которых пару месяцев назад еще мало кто знал, оказались в авангарде этого движения. Местом своего постоянного пребывания они избрали клуб «The Marqueeи», все еще оставаясь полупрофессиональным студенческим коллективом. Переход в «The Marqueeи» означал дальнейшее расширение их аудитории; множились разговоры о группе.

 Хопкинс и Бойд в поисках места, подходящего для того, чтобы раздвинуть рамки Семинаров по свету и звуку для большей аудитории, обшаривают Вест-энд и находят запущенный танцзал Blarney Club в подвале дома номер 31 по Тоттенхэмкорт-роуд, расположенный напротив театра Доминион. Хозяин-ирландец с радостью согласился сдавать им его по пятницам по пятнадцать фунтов стерлингов за вечер.

Было решено устроить концерты две пятницы подряд,  один перед рождеством, а другой - после. На представление пришла масса народа, а в  следующий раз публики было еще больше.

Неделю спустя пятничная ночная тусовка была переименована в UFO, ставший с тех пор легендарным местом - первым клубом психоделической эры. Постепенно «площадка для рискованных игр» (как ее назвал Пол Маккартни), стала для PINK FLOYD (главного события первых четырех вечеров) тем же, чем ливерпульский клуб The Cavern был для THE BEATLES. Промозглый, сырой, страшно низкий длинный потолок помещения и узкая площадка клуба оставляли желать лучшего в плане акустики и света. Показания приборов об уровне громкости в сто двадцать децибел на концерте PINK FLOYD вызвали появление председателя Королевского института по изучению проблем глухоты, который предупредил, что «если подобный уровень звука будет поддерживаться и далее, это несомненно повредит органам слуха.

В этот период  Уин Уилсон  изобрел «группу лучей света для каждого из четырех музыкантов. Собранная им установка крутилась возле органа Рика, «цепляя» его плечи и голову. Другую он расположил  перед ударной установкой и по одной - перед Сидом и Роджером. Помимо освещения музыкантов, аппараты отбрасывали тени на экран позади. Туда падал свет от одного фонаря и, если в тот момент он совпадал с лучом, упавшим туда раньше, то получалась комбинация цветов. Потрясающе выгдядели танцующие на экране цветовые пятна, особенно если учесть, что все это контролировалось и четко управлялось в соответствии с музыкой.

Световое шоу PINK FLOYD оставляло глубокое и запоминающееся впечатление на аудиторию. Поскольку каждый из музыкантов стремился оказаться (и оказывался) в тени от совместного выступления ансамбля, их редко узнавали в лицо как в повседневной жизни, так и в творческой деятельности. Коллектив, таким образом, преуспел в подчеркнутой анонимности отдельных музыкантов, остававшейся их отличительным знаком, даже когда они приобрели мировую известность. Подобно улыбке из-под вуали одно-единственное лицо на сцене все же оказалось узнанным и в дальнейшем - расцветшим. «Сида узнавали, - говорит Дженнер. - Его сразу выделили как звезду. Его полюбили все. На сцене Сид трудился невероятно упорно. Звучит слишком громко, но, можно сказать, он почти жил на сцене во время этих световых шоу, вдохновленный своим воображением. Все его движения совпадали с переходами света и были его естественным продолжением - человеческим фактором в этих рассыпающихся образах.»

К началу 1967 года в ассортименте наркотиков, употреблявшихся Барреттом на Eрлхэм-стрит, ЛСД пришел на смену конопле. Поначалу казалось, что «кислота» позволяет Барретту совершить подъем на недостижимые ранее высоты вдохновения и творческой активности.

1 февраля 1967 года PINK FLOYD, наконец, «стали профессионалами», отложив в сторону академические карьеры и полностью сосредоточившись на делах творческих. Их первоочередной задачей  стал выпуск пластинки. Па существующей договоренности  Джо Бойд (Joe Boyd) должен был обеспечить  контракт с Elektra Records, чье давнее увлечение фолком и блюзом в Америке нашло выход в предоставлении контрактов группам LOVE и THE DOORS. Бойд надеялся, что он может «появиться с чем-то подобным в Англии». Но ставший их менеджером и продюсером Бойд обманулся в надежде на то, что его американский босс Джек Хольцман (Jac Holzman) примет PINK FLOYD с распростертыми объятиями.

Брайан Моррисон (Bryan Morrison) и его партнер Тони Ховард (Tony Howard) уговорили группу подписать соглашение с «Брайан Моррисон Эйдженси» с условием отчисления обычных десяти процентов доходов от концертов. Поскольку Питер Дженнер и Эндрю Кинг буквально следовали всем советам Моррисона, он без труда уверил их, что машина закрутиться быстрей, если группа попадет в руки крупной фирмы - такой, например, как EMI, чем если это было бы на Polydor, разумеется при условии, что PINK FLOYD оправдают возложенные на них надежды и  самостоятельно запишут  песни для сингла. Изначально планировалось заключить соглашение с фирмой «Полидор», однако в итоге группа подписала контракт с концерном EMI, получив аванс в пять тысяч фунтов стерлингов. Дженнер,  потребовал от них написания большего числа оригинальных композиций «странной природы» и группа отказалась от почти всего ритм-энд-блюзового материала, на  это Сид с радостью согласился.

Читать продолжение 

Категория: Pink Floyd | Добавил: progrockman (18.04.2010)
Просмотров: 908 | Комментарии: 1 | Теги: история, биография, Сид Баррет, PINK FLOYD, prog-rock | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Меню сайта

Категории раздела
Pink Floyd [6]
Прог-рок Германии [13]
Забытый прог-рок [9]
Camel [3]
KING CRIMSON [13]
Звезды прог-рока [8]

Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 170

Статистика

Поиск

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  •  
    Copyright MyCorp © 2017